Марийская народная сказка
Одной девушке очень замуж хотелось. И года подошли, а никто свататься не едет. Так недолго старой девой остаться. Вот и решила она сама мужа искать. Собралась и пошла. Идет она, идет, а навстречу Ворон.
— Куда путь держишь, красавица?
— Жениха ищу.
— Не пойдешь ли за меня? Я еще покуда холост.
— А что ты ешь-пьешь? — спрашивает девушка.
— Да в еде я неприхотлив. И в навозе пищу найду.
— Нет, такой жених мне не нужен. Идет она дальше, а навстречу — Мышь.
— Куда путь держишь, красавица?
— Жениха ищу.
— Не пойдешь ли за меня? Я еще покуда холост.
— А что ты ешь-пьешь?
— Ем я хлеб пшеничный да маслице, блины медом да молоком запиваю.
— Вот ты мне подходишь, — говорит ему девушка. — За тебя пойду замуж.
Сыграли они свадьбу большую и шумную, ведь род мышиный богат и многочисленен. Гуляли три дня и три ночи. На четвертый в баньке помылись и стали жить, как все люди живут: жена у печки хлопочет, а муж пищу да наряды для жены добывает.
Однажды стала она блины печь, но масло вдруг кончилось. Вот и посылает она муженька за маслом. Тот шмыг в амбар и приносит маленький кусочек во рту — все, что осталось. Жена и говорит:
— Что ж ты, милый, так мало принес? Принеси побольше.
Что делать? Решил муж в соседский амбар наведаться по старой привычке. Залез через норку, схватил большой кусок масла и обратно полез. Да застала его за этим делом хозяйка, схватила скалку и прихлопнула.
Ждет-пождет девушка муженька, а его все нет. Пошла разыскивать.
— Вы не видели моего мужа? — спрашивает соседку.
— А каков он из себя?
— У него маленькая головка, маленькие ушки, маленькие глазки и хвостик маленький.
— А не его ли я пристукнула скалкой, когда он в амбар масло воровать залез? Посмотри, вот он лежит.
— Ой, что же вы наделали, беду на мою головушку накликали, моего маленького муженька убили, — запричитала жена. — Да много ли масла он бы унес?
Взяла она мужа, завернула в три блина, понесла в лес и оставила там на большом еловом пне. А неподалеку от того места мужик поле пахал. Устал он, проголодался и решил в лес зайти, ягоды лесной отведать. Видит, на пне блины лежат. «Вот и еда, — думает. — Видно сам бог мне послал». Съел блины, водичкой ключевой запил.
Принялся мужик снова пахать.
— Но! — кричит на лошадь. А из живота тоненький голосок это же повторяет:
— Но!
И такой на мужика страх напал: на что ни посмотрит— всего боится. Прибежал домой и говорит жене:
— Жена, кто-то в животе моем сидит, что ни скажу — все повторяет. Что ж теперь будет? Страшно мне.
А из живота опять голос доносится:
— Жена, кто-то в желудке моем сидит, что ни скажу — все повторяет. Что ж теперь будет? Страшно мне.
Тут и жена перепугалась. Побежали они к знахарке, говорят ей:
— Бабушка, помоги, мы к тебе по делу пришли.
А из живота опять:
— Бабушка, помоги, мы к тебе по делу пришли.
Поняла старуха в чем дело, спрашивает:
— Что ты съел?
— Блины. Они в лесу на пне лежали.
— А с какой начинкой те блины были?
— Мышонок в них завернут был.
— Ясна мне твоя болезнь. Вместе с блинами ты мышиного духа наглотался. Дам тебе снадобье: отвар черемухи да настой коры дуба. Три дня ничего не ешь, только пей его. А жена пусть испечет блинов — дунь на них и отнеси в лес на то же место. И уйдет болезнь так же, как и пришла.
Так и сделал мужик: отнес блины в лес и три дня пил бабкино снадобье, после чего пропал его страх и пропал голос, доносившийся из желудка. А бабке за добрый совет он богатый поминок послал.