Как мышка и воробей поссорились – марийская народная сказка
Дружили мышка с воробьем. Всегда советовались, помогали друг другу, были вместе в беде и в радости. Жили так примерно две недели, пока не поссорились. Однажды мышка ушла домой, а воробей в это время нашел конопляное семечко и съел его. Рассердилась мышка, подала в суд на воробья. Воробей тоже рассердился и тоже подал в суд.
Царь зверей лев и царь птиц орел рассмотрели и поднялись друг на друга войной и все из-за одного конопляного семечка. Сошлись птицы и звери в большом лесу. Птицы сверху бьют, звери снизу, а победить ни одно войско не может. Наконец изловчился лев и ударил орла лапой, сломал ему крыло.
Разошлись с поля боя птицы и звери, а орел остался сидеть на суку. Трое суток сидел, проголодался — ведь летать и пищу добывать он не может со сломанным крылом. Шел лесом охотник, увидел орла, наставил ружье, а орел и говорит:
— Не убивай меня. Возьми домой, накорми, вылечи.
Приютил старик-охотник орла. А был он богат, стадо имел большое. Целый год жил орел у старика — все стадо извел. Что ни день — то быка съедает. Старикова жена даже ругаться стала. Наконец зажило крыло, орел и говорит старику:
— Выпусти меня на волю.
Выпустил его старик. Взмахнул орел крыльями и улетел. Так высоко поднялся, что и не видно его стало.
«Прощай, мое богатство», — подумал старик.
Только через сутки вернулся орел, говорит:
— Садись на меня. Будем расчет держать.
Поднял старика в небо высоко-высоко и бросил вниз. А у самой земли подхватил на крылья.
— Ну как, страшно? — спрашивает.
— Страшно. Думал, умру от испуга, — отвечает старик.
— Вот и я то же самое чувствовал, когда ты в меня из ружья целился. Понес орел старика дальше. За леса унес, за высокую гору. Долетели они до бронзового дворца, спустились к воротам.
— Подожди меня, — говорит орел. — Я к младшей сестре зайду.
Зашел во дворец, спрашивает сестру:
— Как поживаешь, сестрица?
— Хорошо живу.
— Жалеешь ли меня, жалеешь ли мать и отца покойных?
— Жалею, братишка, тебя. А еще больше — мать и отца.
Ничего не сказал ей орел, повернулся и вышел. Дальше полетели. Долетели до серебряного дворца, спустились к воротам..
— Подожди меня. Зайду среднюю сестру проведать.
Зашел во дворец орел, спрашивает сестру:
— Как поживаешь сестрица?
— Живу по-прежнему.
— Жалеешь ли родителей, меня?
— Тебя очень жалею, — отвечает сестра. — А родителей — еще больше.
Повернулся орел и вышел за ворота. Полетели дальше. Спустились к крыльцу золотого дворца. Зашел орёл, спрашивает старшую сестру:
— Как поживаешь сестрица?
— Живу по-прежнему.
— Жалеешь ли родителей, меня?
— Жалею, да что мертвым от моей жалости? Тебя больше жалею. Оставайся жить у меня.
Целую неделю гостил старик у сестры орла, а потом домой запросился. Собрали его в дорогу, а сестра еще и сверток в белой тряпице подает, наказывает:
— Положи, дедушка, сверток за пазуху, да в дороге не открывай.
Посадил орел старика на спину, довез до большой горы, опустил на землю. Дальше — пешком добираться. Идет старик месяц, другой — не видно дома. А когда, наконец, подходить стал, решил отдохнуть. Сел и думает: “Да что подарку сделается, если я на него раз взгляну?” Развернул тряпицу — и возник перед ним золотой дворец. Загоревал охотник: как теперь его домой доставить?
Пока сидел так, подошел к нему какой-то седой, страшный на вид старик, говорит:
— Кто тебе разрешил на моей земле дворец ставить?
— Не сердись. Только не могу я собрать его вот в эту тряпицу.
— Я помогу, только дай слово и запиши кровью, что отдашь мне то, чего не видел в своем доме.
Согласился старик. Взял у колдуна собранный в тряпицу дворец и задумчиво побрел домой: все гадал — чего же он дома не видел.
А дома в его отсутствие родился сын. Три года ему исполнилось, пока отец путешествовал. Увидел он сына, затужил придется отдавать. И золотой дворец уже не радует.
Вот вырос сын. И однажды ночью приснился старику тот колдун. «Время отдавать обещанное», — напоминает. А старик и сына не отпускает, и не говорит о своем обещании никому. Тогда и сыну тот колдун во сне явился. «Почему не идешь ко мне? — спрашивает. — Ведь отец обещал отдать тебя мне в службу».
Проснулся утром сын, стал собираться к колдуну. Со слезами проводили его старик и старуха. Долго шел он по лесу — вышел на маленькую лужайку. На лужайке стоит избушка, в избушке на печке лежит старуха.
— Бабушка, пусти переночевать!
— А, это ты? Заходи. Мой старший брат давно поджидает тебя. Да только жить у него ты не сможешь, убьет он тебя.
Ничего не ответил ей юноша, лег спать, а утром пустился в дальнейший путь.
— Погоди-ка, — останавливает его старуха. — Дам я тебе совет. Когда придешь к брату, не соглашайся служить, а нанимайся в работники. У него есть двенадцать девушек, среди них — одна его дочка. Если сумеешь ее взять — освободишься от колдуна. А как взять ее — скажет моя сестра. Ты у нее сегодня ночевать будешь. А чтоб не заплутался — вот тебе шелковый моток-путевод.
Солнце по небу бежит, тропинка по лесу, а моточек по тропинке. К вечеру парень добрался до другой сестры колдуна, переночевал, а утром дальше собрался. Старуха и говорит ему:
— Выслушай мой совет. Невдалеке от дома колдуна увидишь озеро. Подкарауль, когда двенадцать девушек-уточек будут купаться, и укради у самой бойкой одежду. А что дальше делать — узнаешь сам.
Пошел он за шелковым моточком дальше, встало на пути озеро. Схоронился он в камышах, а когда девицы-уточки стали купаться, спрятал у самой бойкой одежду. Выкупались они, вышли на берег. Одиннадцать оделись и стали птицами, а двенадцатая не найдет свою одежду, плачет:
— Кто взял мою одежду? Если старый человек, — будь мне матерью или отцом, если молодой сестрой или братом, если юноша — будь мне мужем.
Вышел после этих слов сын охотника и вернул одежду. Оделась девушка, обернулась уточкой и говорит:
— Сумел одежду взять, сумей взять и меня.
— А как это сделать?
— Нанимайся работником к моему отцу. Через три дня он предложит тебе жениться на мне, да постарается подсунуть работницу. Но ты не зевай: когда обернемся мы голубками, я буду ходче других зерно клевать, остальных крылом забивать. Меня и проси в жены.
Пришел парень к колдуну, говорит:
— Дедушка, я пришел. Но не в слуги, а в работники хочу наняться.
— Как хочешь. Только знай, работники у меня долго не живут.
Проработал парень три дня, колдун ему и говорит:
— Хорошо работаешь. Хочешь, выдам за тебя дочку?
— Нужна жена, но только дочь твоя, а не стряпка.
— Завтра выведу тебе двенадцать девушек, обращу их в голубок. Если узнаешь среди них мою дочь — забирай, если нет — съем тебя.
Рано утром выпустил старик-колдун двенадцать голубок, насыпал пшеницы. Они прыгают, играют, клюют зерна, а одна проворнее всех клюет, других крылом забивает.
— Эту беру, дедушка, — говорит парень.
— Хорошо. Бери ее, Да только дам я тебе еще работенку: выруби десятину леса, выкорчуй пни, вспаши, посей и вырасти до завтра пшеницу.
Затужил парень, а девушка говорит:
— Не кручинься, ложись спать. Я всё сама сделаю.
И верно, утром на месте леса пшеница колосится. “Ах, — думает колдун. — Дочь ему помогла! Ну погоди, несдобровать вам!” Натопил он жарко-прежарко баню и посылает их париться. Зашли они в баню, а девушка говорит:
— Плюнь в этот угол, а я плюну в другой.
Плюнули они по углам, превратились в мух и вылетели в окно. Немного погодя посылает колдун в баню стряпку:
— Поди-ка проверь. Если зажарились, неси сюда, я их съем.
Подходит стряпка к бане, кличет:
— Скоро ли вымоетесь?
А плевки из углов отвечают:
— Еще не добылись, подожди.
Докладывает стряпка колдуну:
— Моются еще.
Опять посылает он ее к бане, и опять отвечают ей плевки:
— Еще веником не парились.
Не поверил колдун, приказывает:
— Загляни и посмотри на них. Может, они давно уже убежали.
Стала стряпка дверь в баню открывать, а плевки ей:
— Ой, не входи! Мы еще белье не одели.
Рассердился колдун, сам пошел в баню. Увидел, что дочери с зятем нет, выслал погоню. А те уже далеко бегут. Приложит девушка ухо к земле, слушает. Услыхала погоню, обратилась в стадо, а жених пастухом стал. Спрашивает его погоня:
— Ты не видел, пастух, не пробегали ли здесь парень с девушкой?
— Три года пасу я скотину, но никого не встречал здесь.
Повернули обратно, доложили старику, что никого, кроме пастуха со стадом, не встретили. Рассердился колдун, приказал схватить пастуха. Вот опять настигает их погоня. Да обратилась девушка в монастырь, а парень попом стал. Спрашивает его погоня.
— Не пробегал ли кто здесь?
— Тридцать три года в монастыре живу, — отвечает он, — но никого в этих местах не встречал.
Вернулась погоня ни с чем, и опять рассердился колдун. Велит на сей раз хватать всякого, кто встретится. Заслышала девушка погоню, обратилась в большое глубокое озеро, а парень гусем стал. Прискакала погоня, видит — никого кругом, только одинокий гусь по озеру плавает. Озеро глубокое, широкое — не перейти его. Повернули обратно, доложили колдуну, а он на сей раз только рукой махнул: с такими глупыми слугами не поймать ему дочери с зятем.
Пиром да свадебкой закончилась эта история. Вот что может случиться, даже если всего лишь мышка с воробьем поссорятся.