Молдавская народная сказка
Жили-были старик со старухой, и была у них дочь-лентяйка. Такой бездельницы, такой лежебоки свет еще не видывал. Пришло время выдавать ленивицу замуж. Нашелся и жених в соседнем селе. Парень не слишком прислушивался к людской молве и махнул рукой: какую жену бог пошлет, та и будет хороша. Просватали девушку, сыграли свадьбу, и уехали молодые в новый дом. Праздник кончился, закатился медовый месяц. Молодая на горницу не метет, скотину не кормит, посуду не моет и ношеное платье с себя не стирает. Не хотелось мужу начинать семейную жизнь с ссоры, берег он мир, а нужда тем временем лезла в окна и двери, добро не копилось, а шло по ветру, и, зная, что под лежачий камень вода не течет, задумался муж, как бы приучить нерадивую жену к делу.
Однажды на рынке повстречал он шурина, а тот как раз собирался жениться и пригласил молодых на свадьбу. Вернулся муж домой и говорит:
– Собирайся, жена, в субботу поедем на свадьбу к твоему брату.
– А что я надену?
– В чем есть, в том и поедешь!
– Да ведь в дырах все!
Как ни хотелось молодухе поплясать на братниной свадьбе, а лень-матушка сильнее была, да и негоже на люди в рванье показываться. Говорит жена:
– Съезди, муженек, в родительский дом, попроси холста на рубашку.
Поехал муж к теще, посидел, покалякал, чаю попил, только о полотне ни гу-гу. Подарила ему теща гуся. Взял он его под мышку и покатил домой. Усердная женушка все это время у окна просидела, мужа выглядывала с обновкой. Видит- белеет что-то у него в руках, и привиделось ей, что это целая штука холста. На радостях скинула она старую рубашку, разорвала совсем и в печку бросила. Муж входит в двери, а гусь: га-га-га! Только ахнула глупая:
– На что нам гусь? Где полотно? В чем я на свадьбу заявлюсь?
– Не сердись, жена, нет полотна у матушки, вышло все. Но мы еще лучше придумали: посажу я тебя в мешок, отвезу на телеге и ocтaвлю поблизости в тенечке. А там она принесет тебе одеться.
Лентяйка на все согласна. Собрались ехать, залезла она в мешок, муж завязал его и тронул лошадь. Только прихватил он еще с собой две крепких палки. Едут они, едут, вдруг посредине пути муж говорит:
– Ox, жена, догоняет нас кто-то с вот такой дубинкой. И сердит больно, как бы не прицепился к нам. А дорога пустым-пуста.
– Ой-ой-ой,- заплакала жена.- Гони, муженек не стой, это, видать, разбойник.
А муж соскочил с телеги, затопал ногами и, изменив голос, говорит, будто запыхавшись:
– Здорово, хозяин! И сам себе отвечает:
– Добрый день!
– Что в мешке?
– Конопля.
– Врешь, брат! Это у тебя та самая лентяйка, что пальцем о палец не ударит.
– Нет!
– А я думаю, что она. Я и палку срезал на тот случай, чтоб знала в другой раз, как работать надо.
Размахнулся муж и принялся охаживать мешок. А жена внутри скрючилась и молчит, бедная. Бил он, бил, пока не притомился, а потом говорит:
– Ну, брат, прощай! И твое счастье, что это не она, а то живыми бы не ушли.
И, чтоб совсем заморочить жену, хлопнул палкой по земле и вскрикнул так, словно и ему попало:
– Ой, не бей меня, я не виноват!
– Виноват, виноват! Зачем ты привел к нам в село эту бездельницу, чтоб ей сгореть! Из-за нее и наши жены ленятся. Поехали дальше, отдышались, и снова говорит муж:
– Ох, жена, опять за нами гонится кто-то. И видать, еще злее того, и дрючок у него длиннее.
– Гони, гони, муженек! Это, верно, из тех, с большой дороги.
– Поздно, догоняет. Вишь, какой долговязый. Совсем растерялась жена:
– Ты хоть переверни мешок, а то если и этот за меня возьмется, не сносить нам головы.
Повернул ее муж на другой бок, а сам соскочил с телеги и затопал, будто кто-то бежит впопыхах.
– Эй, заворачивай оглобли! Что везешь?
– Да вот… мешок.
-А в мешке что?
– Шерсть.
– Лих, не проведешь! А не та ли это лентяйка, что пальцем о палец не ударит?
Как принялся он палкой трудиться, еще бы немного- и уж не надо бы бедной женщине никакой свадьбы. Она бы застонала или закричала, да боялась, как бы хуже не вышло. А муж сам с собой попрощался, сам себе счастливого пути пожелал и тронулся дальше.
Проезжали они лес поблизости от родительского села. На опушке муж развязал мешок и говорит:
– Ты побудь здесь, а я схожу принесу тебе платье и пойдем на свадьбу вместе. А то ведь если так и привезти тебя в мешке, злые люди скажут, что тебе и одеться не во что.
Жена, дрожа, как тростиночка, со стонами вылезла из мешка и спряталась в кустах.
А муж погнал телегу в село. Свадьба уже началась. Гости вышли к нему, поднесли чарочку, и музыканты сыграли марш. Теща удивилась и спрашивает:
– А Иляна где же? – или как там еще ее звали. Муж отвечает:
– Сидит Иляна на опушке. Надо и ее маршем встретить. Музыканты заиграли, сваты с полотенцами пошли впереди, а за ними и еще гости повалили. Дошли с песнями до опушки, смотрят- нет никого. Стали искать- и выпрыгнула лентяйка из кустов, прикрылась мешком и, не разбирая дороги, кинулась домой. Музыканты и сами испугались не меньше, воротились на свадьбу и рассказали, что выскочила из-под земли кикимора, шуганула их и сгинула, а из честных людей никого-де они не видели.
Муж, однако, домой не спешил и прогулял на свадьбе до понедельника. Вернулся, а на дворе чистота, скотина накормлена. у хаты подметено. Заглянул в окно- жена сидит с веретеном и прялкой. На одном плече у нее луковица, на другом- ломоть мамалыги, и, чтобы не тратить на еду время, то откусит она справа луку, то слева мамалыги, а сама прядет не отрываясь. Увидела мужа, рассердилась:
– Ты на свадьбах вино пьешь, а я здесь сиди и работай.
Смотри: мне еще целое веретено спрясть надо, и будет рубашка. Давай берись за дела, сидеть некогда.
И закипела работа у них в руках, и зажили они не хуже людей.