Когда Кемине был уже в средних летах, умерла его любимая первая жена, и он стал вдовцом.
Через некоторое время Кемине женился на немолодой, с желтыми зубами, женщине, у которой было пятеро или шестеро детей. Вечером, когда Кемине с женой ложились спать, жена спросила:
— Ты человек ученый, мулла. Теперь и я тоже стала эльти. [«…я тоже стала эльти» — Эльти — почтительное обращение к жене духовного лица.] Скажи мне, как завтра я должна вести себя. Кому я могу показываться, а кому — нет? [«…я тоже стала эльти» — Эльти — почтительное обращение к жене духовного лица.]
А женщину привели к Кемине уже под вечер, и он, не разглядев ее лица, отвечал:
— Ну, жена, потерпи пока, вот рассветет — там видно будет.
Наутро Кемине встал, поглядел на свою жену, а у той из глаз течет гной. Тогда Кемине сказал:
— Можешь показываться кому хочешь, но только не мне!
Поздравить Кемине пришли жители селения:
— Мы слыхали, что вы женились. Поздравляем, желаем счастья! Ну как, хорошую ли взяли жену? Есть ли между вами согласие?
— Да, слава богу! Моя жена — богобоязненное, мягкое, чувствительное существо, — отвечал Кемине и признался, что у его новой жены глаза красные и из них течет гной. А затем, обращаясь к людям, в назидание он добавил:
— «Не выбирай коня глазами пешего, не выбирай жену глазами вдовца!» [«Не выбирай коня глазами пешего, не выбирай жену глазами вдовца» — пословица.]