1
То ли было это, то ли не было, жил никчемный человечишка, звали его Назаром. Был этот Назар неумеха и лодырь, а вдобавок и трус – такой трус, что в одиночку шагу не ступит, хоть ты его убей. День-деньской тенью ходил за женой: она за порог, и он за порог, она домой, и он туда же. Оттого и прозвали его Трусишка Назар.
Однажды ночью вышел Трусишка Назар с женой во двор. Вышел он во двор и видит: луна на небе сияет, ночь светлая, ясная. Он возьми и скажи:
– Ах, жена, в такую ночь только караваны грабить… Сердце меня подзадоривает: ступай, ограбь шахский караван из Индии, то-то поживишься…
Жена ему:
– Сиди-ка лучше да помалкивай. Тоже мне грабитель нашелся!
А Назару все неймется.
– Ты что же это, вздорная баба, не даешь мне караван ограбить да поживиться немного?! Мужчина я или не мужчина? Не смей мне перечить!
Разошелся не на шутку, а жена шмыг домой и дверь за собой захлопнула.
– Будь ты неладен, трусишка этакий! Ступай грабь караваны.
Остался Назар под дверью. Стоит, от страха ни жив ни мертв Просит жену, умоляет отворить дверь и впустить его, а та ни в какую. Отчаялся Назар, притулился у стены и дрожмя дрожа сидел там, покамест не рассвело. Вот уж и солнышко припекает, а разобиженный Назар все ждет, что жена сама придет за ним, ждет и думает свою думу. День летний, знойный, мухи осатанели, а Назар до того ленив, что ему и нос лень себе утереть, – вот мухи к нему и липнут. Досаждают – мочи нет. Наконец, поднимает Назар руку и хлоп себя по лицу. Хлоп себя по лицу, мухи так и посыпались.
– Это еще что? – изумился Назар.
Попытался он сосчитать, сколько мух убил одним ударом, да не получается. Сбился со счета и решил, что не меньше тысячи.
– Вот так-так, – говорит. – Я, оказывается, мужчина хоть куда, а доныне знать про это не знал. Коли я могу единым махом прибить тысячу живых тварей, что ж я тогда от бабы-то ни на шаг?
Поднимается – и прямиком к сельскому попу.
– Благослови, отче.
– Благослови тебя господь, сын мой.
– А тебе ведь, батюшка, и невдомек…
Поведал Назар о своей доблести, а под конец заявил, что не след ему сидеть возле жены, а раз так, есть у него просьба: пусть батюшка напишет про его подвиг, чтобы люди узнали о нем и он не позабылся в безвестности. Поп шутки ради и напиши на тряпичном лоскуте:
Храбрым Назаром зовется недаром
Тысячу бьющий единым ударом.
И протянул Назару.
Назар цепляет тряпичный этот лоскут к концу палки, прилаживает к поясу обломок заржавелого меча, взбирается на соседского осла – и в путь.
2
Покидает он деревню и оказывается на дороге. Едет и сам не знает, куда она его ведет.
Едет он, едет, оборачивается и видит – деревня-то далеко. И разбирает его страх. Чтобы приободриться, затягивает он песню, сперва под нос, а потом в голос разговаривает сам с собой, понукает осла. И чем дальше едет, тем сильнее одолевает его страх, а чем сильнее одолевает его страх, тем громче он горланит, орет и вопит. Следом за ним и осел поднимает рев. Напуганные этими криками и ревом, птицы снимаются с деревьев, зайцы разбегаются по кустам, лягушки кидаются из камышей в воду.
Назар вопит пуще прежнего, а едва въезжает в лес, ему мерещится, будто из-за каждого дерева, из-за каждого камня, из-за каждого куста вот-вот выскочит и набросится на него зверь или разбойник, и принимается он орать благим матом – избави бог услышать.
И надо ж такому случиться, в эту самую пору идет себе по лесу крестьянин и ведет под уздцы кобылу. Слышит страшный этот ор и застывает на месте.
– Ох, – говорит, – видно, конец мой настал. Не иначе разбойники.
Бросает он кобылу, сворачивает в лес и бежит во весь дух, ног подсобою не чуя со страху.
Везет же тебе, Храбрый Назар!
Вопит Назар во все горло, а подъезжает поближе; глядь – стоит на дороге оседланная лошадь, ни дать ни взять его поджидает. Слазит он с осла, забирается на оседланную эту лошадь – и дальше.
3
Долго ли Назар ехал, коротко ли – о том ему одному ведомо, только очутился в селе: ни он села в глаза не видел, ни село его. Куда пойти, к кому ткнуться? Из одного дома доносится звук зурны, туда он и направляет кобылу Отворяет дверь и попадает на свадьбу.
– Добрый вам день!
– И тебе того же, добро пожаловать! Милости просим!
Милости просим да милости просим – гость, он от бога. Ведут Назара с его знаменем и усаживают на почетное место во главе застолья. Видел бы ты, чем его потчуют, – каких яств, какого питья здесь не было!
Гостям на свадьбе любопытно – кто он, странный этот незнакомец. Один старик в конце стола толкает в бок соседа – кто, дескать, таков? – тот толкает своего соседа, так и толкают друг дружку, покамест черед не доходит до попа – он тоже сидел на почетном месте. Поп с грехом пополам читает на знамени гостя:
Храбрым Назаром зовется недаром
Тысячу бьющий единым ударом.
Читает и в страхе повторяет соседу, тот другому, другой третьему, третий четвертому, и так – до самых дверей, и вот уже вся свадьба о том только и толкует, что новый гость – непобедимый герой:
Храбрым Назаром зовется недаром
Тысячу бьющий единым ударом.
– Он самый – Храбрый Назар, – восклицает какой-то пустозвон. – Сильно изменился, я его спервоначала и не признал.
Тут же находятся люди, которые рассказывают о славных Назаровых подвигах, о давнем с ним приятельстве и проведенных вместе деньках.
– Отчего же у такого человека нет при себе ни одного слуги? – недоумевают иные.
– Такой уж у него обычай, не любит странствовать со слугами. Я его как-то спросил, а он и говорит: на что мне слуги, мне весь мир слуга.
– Отчего ж у него тогда пристойного меча нет, ржавую железяку к поясу прицепил?
– В том-то как раз и ловкость: так ударить ржавой этой железякой, чтобы разом прибить тысячу. С хорошим мечом любой удалец не пропадет.
Пораженные гости подымаются на ноги и пьют за здоровье Храброго Назара. А первый среди них умник произносит перед Назаром речь: давно мы, дескать, наслышаны о великой твоей доблести, мечтали взглянуть на твое лицо и сегодня счастливы видеть тебя здесь.
Назар только вздыхает и машет рукой. Народ перемигивается: нас, мол, не проведешь, неспроста он вздыхает и рукой взмахивает…
И пировавший со всеми ашуг мигом складывает песню и поет:
Милости просим, побудь среди нас,
Гордый орел наш и свет наших глаз,
Счастливы быть мы с тобою сейчас!
Храбрым Назаром зовешься недаром,
Тысячу бьющий единым ударом.
Ты украшаешь наш праздничный пир,
Ты прославляешь собою весь мир,
Тех защищаешь, кто беден и сир.
Храбрым Назаром зовешься недаром.
Тысячу бьющий единым ударом.
Ты наш властитель и наш господин.
Будем служить мы тебе, как один,
Чтобы избегнуть суровых годин.
Храбрым Назаром зовешься недаром.
Тысячу бьющий единым ударом.
И захмелевшие гости разбредаются по домам, разнося по всему свету весть: едет тот, кто
Храбрым Назаром зовется недаром
Тысячу бьющий единым уларом.
Рассказывают они про его удивительные подвиги, описывают грозный его облик. И люди повсюду нарекают новорожденных именем Храброго Назара.
4
Покидает Назар свадьбу и снова пускается в путь. Едет, едет и достигает зеленого луга. Отпускает кобылку попастись на зеленом этом лугу, втыкает знамя в землю, а сам ложится в его тени вздремнуть.
Почем ему было знать, что в том краю живут семеро братьев-великанов, атаманы семи разбойничьих шаек. Это были их владения, а крепость их стояла на макушке ближней горы. Смотрят великаны сверху – заехал на их землю человек и спешивается. Смотрят и удивляются: что это за удалец такой и о скольких он головах, коли бесстрашно улегся посреди их луга, а лошадь пустил пастись? У каждого из братьев-великанов была сорокалидровая булава. Берут они сорокалидровые эти булавы и идут. Подходят поближе и что же видят? Пасется кобыла, рядышком спит человек, в головах у него знамя, а на знамени написано:
Храбрым Назаром зовется недаром
Тысячу бьющий единым ударом.
Ну и ну, Храбрый Назар! Великаны прикусили языки и обмерли. А ты как думал, молва, которую разнесли после свадьбы охмелевшие гости, долетела и до них. Стоят перепуганные братья и дожидаются, когда, наконец, Назар проснется. Просыпается Назар, открывает глаза, видит перед собой семерых страшных великанов с булавами на плечах, и душа у него уходит в пятки. Прячется он за свое знамя, а сам дрожит, будто осиновый лист. Как приметили великаны, что Назар переменился в лице и пошел мелкой дрожью, – ну, думают, осерчал, того гляди прибьет одним махом всех семерых. Бух перед ним на колени и умоляют:
– Храбрым Назаром зовешься недаром!
Тысячу бьющий единым ударом.
Мы слышали грозное твое имя и мечтали увидеть тебя. Теперь твоя нога ступила на нашу землю, и мы счастливы. Мы, семеро братьев, верные твои слуги. Вон, на макушке горы, наша крепость, а в ней наша красавица сестра. Умоляем, окажи нам милость, будь нашим гостем, отведай нашего хлеба…
Тут Назар мало-помалу приходит в себя и садится на коня, а великаны, шагая впереди с его знаменем в руках, торжественно провожают его в крепость. Провожают в крепость, а там чествуют Назара царскими почестями и так восхищаются его подвигами, так славословят его, что красавица сестра в него влюбляется. Стоит ли говорить, каким почетом и уважением окружен он отныне?
5
В эту пору появляется в тех краях тигр и нагоняет на людей ужас. Кто убьет тигра, кому это по плечу? Храбрый Назар и убьет, ясное дело. Кто еще осмелится выйти против тигра? Вся надежда на него: на небе бог, на земле Храбрый Назар.
Услыхав про тигра, Назар кидается наутек – хочет убраться восвояси, а народ кругом думает: торопится тигра убить. Суженая удерживает его: куда ты, дескать, безоружный бежишь, возьми оружие и ступай. Приносят ему оружие, чтобы новый подвиг укрепил громкую его славу. Берет Назар оружие, уходит. Идет в лес, взбирается на дерево и хоронится среди ветвей, лишь бы ему не видеть тигра, а тигру не видеть его. Жмется Назар к стволу, трясется со страху. А треклятого тигра нелегкая принесла, как на грех, точнехонько под это дерево. Приходит он, стало быть, и ложится.
Как увидел Назар тигра, в глазах у него потемнело, кровь в жилах похолодела, руки-ноги ослабели, и – бах! – он валится на зверя. Тигр вскакивает с места, а Назар, ополоумев со страху, цепляется за его спину. Во всю прыть несется ошалелый тигр с обезумевшим Назаром на спине, несется по горам и долам, куда ноги несут.
Смотрят люди – что за диво, Храбрый Назар верхом на тигре мчится.
– Эгей, сюда! Гляньте, Храбрый Назар оседлал тигра, будто лошадь. А ну-ка и мы за ним.
И, воспрянув духом, с криком и гиком окружают тигра – кто с кинжалом, кто с ружьем, кто с камнем, кто с дубинкой – и убивают его.
Опамятовался Назар и пошел чесать языком:
– Жаль, – говорит, – зря вы тигра убили. Насилу коня себе подыскал. Ездить бы на нем и ездить…
Достигает весть крепости. Мужчины и женщины, весь народ от мала до велика высыпает навстречу Назару. Складывают про него песню, поют:
На ратной тропе
Нет равных тебе,
Ты послан всевышним нам в дар,
О Храбрый Назар!
И тигра ты вмиг,
Как сокол, настиг,
Как молния или пожар,
О Храбрый Назар!
По лесу гоня.
Из тигра коня
Ты сделал, отважен и яр,
О Храбрый Назар!
Так славься ж, кто нас
Избавил и спас
От страшных напастей и кар!
О Храбрый Назар!
И обвенчали Храброго Назара с красавицей невестой, сестрой великанов. Семь дней, семь ночей играли свадьбу, славили песнями царя и царицу.
Новый месяц ясно светит
Нал горою, над горой.
Новый месяц ясно светит –
Это ты, Назар-герой.
Солнце новое сияет –
Это чья отрада, чья?
Солнце новое сияет –
Это милая твоя.
Царь наш красен, ох, прекрасен,
Красен взор его и ясен,
И красна его корона,
И красны подушки трона.
И царица-молодица
С красным солнышком сравнится,
Словно солнышко она –
Столь прекрасна, столь красна.
И лучится красный свет.
Царь с царицею, привет!
Будьте здравы, будьте здравы:
Долгой жизни вам и славы!
6
А к этой девушке, скажу я тебе, сватался царь соседней страны. Как узнал он, что красавица досталась не ему, а другому, созвал рать и пошел войной на семерых братьев.
Идут семеро великанов к Храброму Назару: так, мол, и так, начинается война. Отвешивают земной поклон и ждут приказов.При вести о войне Назара охватывает ужас, выбегает он сломя голову из дому, чтобы побыстрее убраться восвояси. А народ думает: хочет немедля напасть на вражью рать. Заступают ему дорогу, хватают за руки, упрашивают: куда же ты, мол, без оружия и доспехов, да еще в одиночку, жить, что ли, надоело?
Приносят оружие и доспехи, а жена умоляет братьев: не пускайте безрассудного в своей отваге Назара идти на врага одному. И летит из уст в уста молва, а лазутчики доносят ее и до недруга: дескать, Храбрый Назар без оружия и доспехов в одиночку рвется на поле брани, насилу его удержали, чтобы снарядить в подмогу ему войско.
На поле битвы подводят к Назару лихого скакуна, усаживают в седло. Воодушевленное войско разражается громогласными кликами: «Да здравствует Храбрый Назар! Смерть врагу!» – и готово выступить вслед.
Почуя никудышного наездника, скакун под Назаром ржет и, закусив удила, во весь опор мчится вперед, прямиком на вражью рать. Храбрый Назар пошел в атаку, думают воины, кричат «ура!» и бегут, исполненные смелости, в сечу. Видит Назар, что не сладить ему с конем, того гляди свалится, и хватается за первое попавшееся дерево, а дерево – надо же такому быть! – гнилое, и здоровенный что твое бревно сук остается у него в руке. Вражья рать, наслышанная о Назаровой мощи, и без того порядком робела, а как увидала эту самую мощь своими глазами, и вовсе потеряла голову. Поворачивает – и наутек.
– Спасайся, кто может! Храбрый Назар скачет, деревья с корнями вырывает!
Счету нет, сколько врагов полегло в тот день, а кто уцелел, сложил оружие к ногам Храброго Назара и присягнул служить ему не за страх, а за совесть.
С кровавого побоища возвращается Храбрый Назар в крепость великанов. Народ радуется победе и, несказанно ликуя, встречает своего героя приветственными возгласами и здравицами, песнями и музыкой. Девушки подносят ему цветы, достойные мужи произносят речи. Такой Назару почет, такая слава, что у него голова кругом идет.
Осыпают его почестями, провозглашают государем и усаживают на царский трон. Становится Храбрый Назар царем, а братьев-великанов делает важными вельможами. Глядь – весь мир у его ног.
Сказывают, он и доныне здравствует и царит, Храбрый Назар. А когда затевают при нём речь об отваге, уме и божьем даре, он знай посмеивается.
– Какая, – говорит, – отвага, какой ум, какой божий дар! Вздор все это. Везение – вот что нужно. Повезет тебе – и радуйся!
И сказывают, он и доныне радуется, Храбрый Назар, и смеется надо всем на свете.