То ли было это, то ли не было, жил петух. Рылся он в мусоре и нашел золотой. Взлетел на крышу и кричит: – Кукареку, я денежку нашел!
Услыхал царь, велел своим назирам да везирам: ступайте, дескать, отнимите у него деньги. Пошли назиры да везиры и отняли.
Петух кричит:
– Кукареку, царь меня ограбил и разжился! Царь дает золотой назирам да везирам.
– Верните, – говорит, – ему, не то ославит нас на весь свет.
Вернули назиры да везиры петуху золотой. Петух опять взлетел на крышу.
– Кукареку, царь меня испугался! Царь осерчал, велел назирам да везирам:
– Ступайте, – говорит, – поймайте этого крикуна, сверните ему голову, отварите и подайте мне на обед. Съем, и дело с концом.
Поймали назиры да везиры петуха и понесли. Несут, а он кричит:
– Кукареку, царь меня в гости позвал!
Зарезали петуха, бросили в котел вариться, а он кричит:
– Кукареку, царь мне жаркую баньку истопил! Сварили петуха, подали царю, а он кричит:
– С царем застолье делю, кукареку!
Запихал его царь второпях в рот, а он из царевой глотки кричит:
– Иду по узкой улочке, кукареку!
Видит царь, нет с петухом сладу, никак он не угомонится, и велит назирам да везирам обнажить мечи и быть наготове: как, дескать, закричит, рубите!
Назиры да везиры обнажили мечи и стоят наготове – одни по ту сторону, другие по эту.
Очутился петух у царя в животе и кричит:
– С белого света во мрак попал, кукареку!
– Рубите! – велит царь.
Взмахнули назиры да везиры мечами, рассекли царю живот.
Выбрался петух на волю, взлетел на крышу и кричит:
– Кукареку!