Стихи

Мы дали тебе Ковсерь. Коран. Здесь царство снов. На сотни верст безлюдны Солончаков нагие берега. Но воды в них — небесно-изумрудны И шелк песков белее, чем снега. В шелках песков лишь сизые полыни Растит…

Я снял узду, седло — и вольно Она метнулась от меня, А я склонился богомольно Пред солнцем гаснущего дня. Она взмахнула легкой гривой И, ноздри к ветру обратив. С тоскою нежной и счастливой Кому-то…

Князь Всеслав в железы был закован, В яму брошен братскою рукой: Князю был жестокий уготован Жребий, по жестокости людской. Русь, его призвав к великой чести, В Киев из темницы извела. Да не в час…

Пустынная Яйла дымится облаками, В туманный небосклон ушла морская даль, Шумит внизу прибой, залив кипит волнами, А здесь — глубокий сон и вечная печаль. Пусть в городе живых, у синего залива, Гремит и блещет…

День распогодился с закатом. Сквозь стекла в старый кабинет Льет солнце золотистый свет; Широким палевым квадратом Окно рисует на стене, А в нем бессильно, как во сне, Скользит трепещущим узором Тень от березы над…

Звон на верблюдах, ровный, полусонный, Звон бубенцов подобен роднику: Течет, течет струею отдаленной, Баюкая дорожную тоску. Давно затих базар неугомонный. Луна меж пальм сияет по песку. Под этот звон, глухой и однотонный, Вожак прилег…

Проносились над островом зимние шквалы и бури То во мгле и дожде, то в сиянии яркой лазури, И качались, качались цветы за стеклом, За окном мастерской, в красных глиняных вазах, — От дождя на стекле…

Не туман белеет в темной роще, Ходит в темной роще богоматерь, По зеленым взгорьям, по долинам Собирает к ночи божьи травы. Только вечер им остался сроку, Да и то уж солнце на исходе: За́стят…

Хозяин умер, дом забит, Цветет на стеклах купорос, Сарай крапивою зарос, Варок, давно пустой, раскрыт, И по хлевам чадит навоз… Жара, страда… Куда летит Через усадьбу шалый пес? На голом остове варка Ночуют старые…

От зноя травы сухи и мертвы. Степь — без границ, но даль синеет слабо. Вот остов лошадиной головы. Вот снова — Каменная Баба. Как сонны эти плоские черты! Как первобытно-грубо это тело! Но я…