Александр Пушкин

На это скажут мне с улыбкою неверной: Смотрите, вы поэт уклонный, лицемерный, Вы нас морочите — вам слава не нужна, Смешной и суетной вам кажется она; Зачем же пишете? — Я? для себя. —…

Полу-фанатик, полу-плут; Ему орудием духовным Проклятье, меч, и крест, и кнут. Пошли нам, господи, греховным, Поменьше пастырей таких, — Полу-благих, полу-святых.

изданную с портретом Колосовой Подобный жребий для поэта И для красавицы готов: Стихи отводят от портрета, Портрет отводит от стихов.

Юноша, полный красы, напряженья, усилия чуждый, Строен, легок и могуч, — тешится быстрой игрой! Вот и товарищ тебе, дискобол! Он достоин, клянуся, Дружно обнявшись с тобой, после игры отдыхать.

Юноша трижды шагнул, наклонился, рукой о колено Бодро опе́рся, другой поднял меткую кость. Вот уж прицелился… прочь! раздайся, народ любопытный, Врозь расступись; не мешай русской уда́лой игре.

Бывало, прежних лет герой, Окончив славну брань с противной стороной, Повесит меч войны средь отческия кущи; А трагик наш Бурун, скончав чернильный бой, Повесил уши.

Слышу умолкнувший звук божественной эллинской речи; Старца великого тень чую смущенной душой.

На небесах печальная луна Встречается с веселою зарею, Одна горит, другая холодна. Заря блестит невестой молодою, Луна пред ней, как мертвая, бледна. Так встретился, Эльвина, я с тобою.

Бранись, ворчи, болван болванов, Ты не дождешься, друг мой Ланов, Пощечин от руки моей. Твоя торжественная рожа На бабье гузно так похожа, Что только просит киселей.

Все пленяет нас в Эсфири: Упоительная речь, Поступь важная в порфире, Кудри черные до плеч, Голос нежный, взор любови, Набеленная рука, Размалеванные брови И огромная нога!