Почему летучая мышь летает только ночью — алтайская сказка
Теперь летучая мышь только ночами летает. А было время – она летала и днем. Летит она как-то в полдень, а навстречу ей – гордый ястреб. – А, – говорит ястреб, – хорошо, что мы…
Подраздел библиотеки
Метка «Народное творчество» объединяет материалы сайта по этой теме: произведения, подборки и связанные тексты для удобного чтения онлайн.
Теперь летучая мышь только ночами летает. А было время – она летала и днем. Летит она как-то в полдень, а навстречу ей – гордый ястреб. – А, – говорит ястреб, – хорошо, что мы…
Стал медведь стар. А у лисы только впервые мех засеребрился, хвост пушистый вырос. Вот пошла лиса к волку: — Ах, дядя волк, какое горе, какая беда! Наш медведь-зайсан умирает. Его золотистая шкура поблекла. Острые…
Жил на Алтае старый большой медведь. Его любимая еда — кедровый орех. Брал он орехи только с одного кедра. Толстый кедр, в шесть обхватов. Ветки частые. Хвоя шелковая. Сквозь нее никогда дождь не каплет.…
Зимней порой вышел горностай на охоту. Под снег нырнул, вынырнул, на задние лапы встал, шею вытянул, прислушался, головой повертел, принюхался… И вдруг словно гора упала ему на спину. А горностай хоть ростом мал, да…
Жила-была лягушка. Она жила у маленького круглого озера. Вот однажды вышла из своего дома и прыг-скок по берегу, прыг-прыг – в лес заглянула, скок-скок – дорогу домой потеряла. Метнулась туда, кинулась сюда и попала…
В стародавние времена на том месте, где сейчас плещет волнами Телецкое озеро, пролегала в окружении высоких обрывистых гор долина, глубокая и узкая. А на склонах гор, по обеим сторонам долины жили два могучих богатыря,…
Было, видишь, так. Полюбила девушка-Кызымиль, красивая девушка (как черемуха весной) доброго бога-Вуиса. Розового, сочного, крепкого — как шишка кедровая. Ладно. Вышла на елань, к солнцу лицо повернула, волосы распустила. Говорит: — Вуис! Вуис! Я…
Койонок-бог (борода — пихта верхушкой вниз) сидел в тени березы с золотыми листьями. Иримчик жует и губами толстыми (доволен!) шлепает: — Н-на!.. Н-на!.. А там, подле подошвы горы, далеко, заяц-Куян, обжора, траву щиплет. Смотрит…
Туянчи-Осень траву поела, листья дерев жует. Старая, злая; нос — чисто гнилой сучок, лицо — прошлогодняя саранка. Клыки скалит. — Все пожру! Дрожат листья, жмутся — умирать никому не хочется. Ладно. По Желтому озеру…
Сейчас конь с коровой не водится. А было время — даже родственниками считались. Вот раз летом пошли два друга на зеленый луг. — Вон густая актамыр-трава. Пожалуйста, корова, кушай. — Нет, дядя конь, это…